Премия «Хьюго»
лучшая постановка (1998)

лучшая постановка (1998)
за звук
«Сигнал пришёл — дальше начинается самое трудное»
Астроном Элли Эрроуэй с детства слушает небо: сначала любительской радиостанцией вместе с отцом, потом — на профессиональных радиотелескопах, выпрашивая финансирование у скептиков. Однажды из района Веги приходит сигнал, который невозможно объяснить естественными причинами, а внутри него обнаруживаются чертежи некоего устройства. Дальше история уходит с неба на землю: за проект берутся правительства, корпорации, военные и религиозные деятели, и главным вопросом становится не «что это», а «кто полетит». Элли приходится доказывать своё право на место, отвечая на вопросы, к которым наука её не готовила.
Экранизация романа Карла Сагана интересна тем, что говорит не столько о пришельцах, сколько о споре веры и доказательства — и делает это без готового ответа. Джоди Фостер играет одержимого исследователя, который проигрывает публичные споры, потому что не умеет упрощать. Роберт Земекис держит долгий разгон: почти два часа фильм занимается бюрократией, политикой и телевизионными дебатами, и это оказывается интереснее любых спецэффектов. Начальный кадр с отлётом от Земли до сих пор показывают как учебный пример.
Фантастика, в которой почти всё время спорят, а не стреляют. Мне такое нравится, но предупреждаю: терпение понадобится.
Фостер вытягивает всё
Пересматривала недавно и удивилась, насколько фильм не устарел. Разговоры про то, кому верить и что считать доказательством, звучат сейчас даже актуальнее, чем в девяностые.
Джоди Фостер играет человека, который постоянно проигрывает публичные споры, потому что не умеет говорить простыми лозунгами. Очень узнаваемо.
Два с половиной часа заседаний
Ждал научную фантастику, получил производственную драму про распределение бюджета. Половину фильма люди сидят в кабинетах и решают, кто полетит.
Линия с проповедником меня добила окончательно. Она нужна для главной мысли, я всё понимаю, но написана так лобово, что каждый разговор превращается в диспут из учебника.
Финал при этом хороший, и последние двадцать минут я смотрел с интересом. Только чтобы до них добраться, пришлось перетерпеть очень много ненужного.
Про отца
Для меня это в первую очередь фильм про потерю близкого человека, а всё космическое — оболочка. Сцены с детством и отцом сделаны так, что к финалу они выстреливают без единого лишнего слова.
Показывала подруге, она была уверена, что идёт смотреть кино про инопланетян, и потом полчаса возмущалась, что её обманули. А через неделю написала, что до сих пор думает про концовку.
Ваша оценка
Нажмите на звезду — оценка сохранится сразу.