Оскар
победа за визуальные эффекты (1990)

победа за визуальные эффекты (1990)
номинации за операторскую работу, художественную постановку и звук
«На глубине, где давление ломает всех»
Американская атомная подлодка терпит аварию у Каймановой впадины и уходит на дно. Ближайшие люди к месту катастрофы — команда экспериментальной подводной буровой платформы, и военные срочно подсаживают к бурильщикам отряд боевых пловцов. Руководить операцией приходится Баду Бригману вместе с бывшей женой Линдси, конструктором платформы, с которой они не разговаривают без взаимных упрёков. На глубине выясняется, что рядом с обломками есть кто-то ещё, а наверху набирает силу шторм, отрезающий связь с поверхностью. К тому моменту, когда командир отряда начинает вести себя странно, отступать людям уже некуда.
Джеймс Кэмерон снял, вероятно, самый физически тяжёлый фильм своей карьеры — и это чувствуется в кадре: вода везде, свет ограничен, у людей мокрые лица и настоящая усталость. Эд Харрис и Мэри Элизабет Мастрантонио тащат на себе не столько фантастику, сколько историю двух людей, которые разучились разговаривать и вынуждены спасать друг друга. Плюс водяное щупальце — один из первых по-настоящему сложных компьютерных эффектов в кино, из которого через два года вырастет жидкий терминатор.
Ощущение глубины настоящее
Никакого ощущения павильона: тесно, мокро, темно, у людей заложены уши. Кэмерон умеет добиваться такого лучше всех.
Смотрела режиссёрскую версию, и это правильный выбор — в прокатной финал повисает в воздухе без всякого объяснения.
Затянуто и слишком слащаво к концу
Первые полтора часа — крепкий подводный триллер: авария, военные с непонятными приказами, растущая паника. Всё логично, всё держит.
А дальше начинается длинная эзотерическая часть, где фильм вдруг решает быть притчей о человечестве и всеобщем понимании. Причём разговоры об этом идут прямым текстом, без всякой тонкости. Я на этом месте начал поглядывать на таймер.
При хронометраже в два с лишним часа терпения хватает не на всё. Понимаю, за что фильм любят, но для меня он распадается ровно пополам.
История про двоих, а не про пришельцев
Пришла за фантастикой, а осталась ради линии Бада и Линдси. Двое бывших супругов, которые не могут разговаривать спокойно даже под водой на глубине, где от каждого слова зависит жизнь, — это выписано лучше всего.
Эд Харрис в этой роли невероятно хорош. Есть эпизод во второй половине, где он делает почти невозможное, и я, взрослый человек, ревела в подушку. Настолько это сыграно на голом отчаянии, без единой красивой позы.
За техническую часть отдельно снимаю шляпу: 1989 год, а вода в кадре ведёт себя убедительнее, чем в некоторых сегодняшних блокбастерах.
Ваша оценка
Нажмите на звезду — оценка сохранится сразу.