Возвращаемся к ролевой лаборатории Larian, где поверхность важнее меча, напарник может не согласиться, а комедия мешает собственной драме.
Divinity: Original Sin лучше всего запускать вдвоём с человеком, который не обещает соглашаться. Два охотника за Источником получают равные права на разговоры и решения. Один хочет отпустить подозреваемого, второй требует ареста; игра разыгрывает спор через короткую словесную дуэль и принимает победившую позицию. Механика грубая, местами случайная, зато она признаёт то, чего кооперативные RPG часто избегают: второй игрок — не курсор при главном герое. В одиночку характер напарника можно настроить или контролировать обе стороны, но тогда конфликт становится бухгалтерией. Настоящая ценность проявляется, когда за столом приходится объяснять не оптимальный бонус, а собственное решение.
Сражение начинается до первого удара. Дождь делает врагов мокрыми, вода проводит электричество, масло замедляет и горит, яд взрывается, кровь замерзает. Ящик перекрывает проход, телепортация бросает лучника в огонь, облако пара скрывает обзор. Элементы легко запомнить, потому что их поведение похоже на бытовое ожидание, а комбинации рождаются прямо на поле.
Система обожает цепные реакции и не всегда различает намерение. Огонь касается яда, взрыв задевает мирного персонажа, стража объявляет охоту, а сохранение осталось далеко. В кооперативе это источник историй и взаимных обвинений. В одиночку — причина нажимать быструю загрузку. Позднее почти каждая арена покрывается несколькими слоями эффектов, и тактическая ясность уступает цветному шуму.
Enhanced Edition улучшила интерфейс и озвучила диалоги, но не убрала необходимость вручную распределять предметы между четырьмя героями. Инвентарь разрастается быстрее, чем понимание, какой ключ уже бесполезен.
Первое расследование обещает детектив, а затем выпускает игрока в город с говорящей раковиной, спорящими легионерами, котом, подозрительной похоронной конторой и десятком закрытых дверей. Можно выкапывать могилы, красть картины, разговаривать с животными и телепортировать сундуки. Свобода предметная: игра часто принимает действие, которого нет в списке задания.
Она же плохо управляет темпом. Журнал сообщает цель широкой фразой, важная улика лежит в кармане неприметного персонажа, а уровень противника фактически определяет допустимый порядок районов. Если свернуть не туда, встреча заканчивается за один ход. Карта открыта, но невидимая лестница уровней ведёт довольно жёстко.
Комедийный тон усиливает неровность. Скелеты шутят, рассказчик смакует каламбуры, герои обсуждают сыр, а затем сюжет просит всерьёз переживать за устройство мироздания. Отдельные сцены смешны, общий голос не умеет вовремя замолчать.
После Divinity: Original Sin 2 и Baldur's Gate 3 первая часть кажется менее удобной, хуже написанной и заметно более хаотичной. Здесь слабее спутники, диалоги, постановка и навигация по заданиям. Если нужен драматический ансамбль, начинать следует не отсюда.
Но её восемь баллов не являются семейной скидкой Larian. Original Sin остаётся редкой кооперативной RPG, где партнёр способен присвоить разговор, испортить план и честно изменить решение, а поле боя ведёт себя как материал, а не фон. Она подходит двум терпеливым экспериментаторам, готовым сохраняться перед странной идеей и смеяться над последствиями. Одиночному игроку, который ценит ясный журнал и серьёзный сюжет, лучше выбрать продолжение.
Возвращаться стоит не к ранней версии Baldur's Gate 3, а к шумной лаборатории, где Larian ещё не научилась прятать швы. Именно поэтому её системы видны особенно хорошо.
Pet Pal меняет не силу, а количество доступного мира. Животные дают подсказки, жалуются, обманывают и открывают маленькие линии, которые иначе проходят незамеченными. Выбор таланта становится редакционным решением: вложиться в эффективность или разрешить игре говорить ещё одним голосом. Таких странных ставок здесь много. Телекинез кажется бытовым навыком, пока не позволяет забрать предмет через решётку; невидимость нужна в бою, но ещё интереснее работает при краже; пирамиды телепортации превращают разделённую группу в инструмент. Система редко объясняет все применения заранее, поэтому лучший момент возникает, когда бесполезная способность внезапно решает задачу без предусмотренного ключа. Очки действия дополняют эту свободу строгой ценой: перемещение, удар, заклинание и использование предмета конкурируют за один ресурс. Хорошая позиция экономит ход, плохая заставляет тратить всё на бег. Инициатива временами слишком жёстко решает начало схватки, зато каждый ход читается как законченный план, который напарник может поддержать или разрушить.
Позовите человека, который не будет слушаться.
Послушный спутник оставит половину замысла неиспользованной.
Редакционная оценка по десятибалльной шкале.