На старых портретах белорусской и литовской шляхты почти обязательная деталь — широкий узорчатый пояс, повязанный поверх кунтуша. Его концы свисают ровными складками, а рисунок кажется восточным: цветы, медальоны, растительные завитки. Это не импорт из Персии, хотя изначально мастера ориентировались именно на персидские образцы. Начиная со второй половины XVIII века такие пояса ткали в белорусском Слуцке, и город на полтора столетия стал синонимом роскоши, доступной немногим. Разберёмся, как возникла эта мануфактура, кто в ней работал и почему подлинных поясов почти не осталось в самой Беларуси.

Мода на «персидские» пояса и первая мануфактура в Несвиже

В XVII–XVIII веках шляхта Речи Посполитой носила кунтуш — верхнюю одежду восточного кроя, которую подпоясывали длинным нарядным поясом. Мода пришла с Востока: пояса привозили из Персии и Османской империи, они стоили дорого и служили признаком достатка не меньше, чем герб на печати. Спрос на такие аксессуары в среде магнатов и зажиточной шляхты был устойчивым, и уже в первой половине XVIII века отдельные роды начали заводить собственные мастерские, чтобы не зависеть от привозного товара.

Одну из таких мастерских — персиярню, то есть мануфактуру, работавшую «на персидский манер», — основал род Радзивиллов в Несвиже, своей главной резиденции. Наладить производство шёлковых узорчатых поясов европейскими руками было непросто: технология ткачества с золотой и серебряной нитью требовала мастеров, знакомых именно с восточной традицией. Поэтому за организацию дела Радзивиллы взялись всерьёз — и в итоге перенесли производство в другой город своих владений.

Почему мануфактуру перевели в Слуцк

В конце 1750-х годов Михаил Казимир Радзивилл по прозвищу Рыбонька, великий гетман литовский, перевёл персиярню из Несвижа в Слуцк. Город подходил для этого не случайно: он издавна славился искусными ткачами и имел развитую ремесленную традицию, которая позволяла быстрее наладить сложное производство и найти учеников для приглашённых мастеров.

Ключевую роль в становлении мануфактуры сыграл мастер Ян Маджарский — армянин по происхождению, приглашённый из Стамбула, где производство подобных поясов было хорошо развито. Приехав в Слуцк в конце 1750-х годов, он возглавил мануфактуру и обучил местных ткачей тонкостям восточной техники. После его смерти дело в 1777 году принял сын, Леон Маджарский, который руководил производством до начала XIX века. В лучшие годы на мануфактуре работало два-три десятка станков и несколько десятков мастеров и подмастерьев, а годовой выпуск составлял порядка двухсот поясов — цифра скромная по меркам массового производства, но объяснимая: на изготовление одного пояса уходили месяцы кропотливого труда.

Как выглядел настоящий слуцкий пояс

Готовое изделие представляло собой длинную полосу ткани — до 3,5–4 метров в длину и 35–40 сантиметров в ширину, — которую несколько раз оборачивали вокруг талии поверх кунтуша. Композиция пояса была строго выстроена: по краям — узкие каймы с растительным орнаментом, ближе к концам — прямоугольные «головы» с плотным цветочным узором и медальонами, а в середине — «середник» с однотонными полосами или более скромным повторяющимся рисунком, который при обёртывании вокруг тела оставался почти не виден.

Главной технической и художественной особенностью слуцких поясов была многосторонность. Изделие могло быть одно-, двух-, трёх- или четырёхсторонним — в зависимости от того, сколько разных лицевых поверхностей ткали в одном полотне. Наиболее ценились четырёхсторонние пояса: их можно было носить любой из двух главных сторон наружу и при этом менять цвет каждой половины полосы независимо, получая фактически несколько разных предметов в одном. Золотая сторона годилась для торжеств и приёмов, чёрная — для похорон и траура, зелёная или серая — для повседневной носки. Ткали пояса из натурального шёлка, скрученного с тончайшей золотой или серебряной проволокой, а после специальной прокатки нить приобретала характерный глянцевый блеск. В классический пояс могло уходить до двухсот граммов драгоценного металла — сумма, сопоставимая по тем временам со стоимостью нескольких породистых лошадей.

Классический слуцкий пояс мог содержать до двухсот граммов золота — на такую сумму в XVIII веке покупали нескольких породистых лошадей.

Мастера метили свою продукцию: на кайме или в середнике ткали надписи вроде «SLUCK», «SLUCIAE FECIT» («сделано в Слуцке») или их вариации на латыни и польском. Такая подпись мастерской служила товарным знаком, подтверждающий подлинность и происхождение вещи — в эпоху, когда пояса подделывали и в других городах Речи Посполитой.

Пояс как знак статуса

Слуцкий пояс не был бытовой вещью — это исключительно мужской аксессуар шляхетского костюма, знак принадлежности к элите и достатку рода. Его дарили по случаю важных событий, передавали по наследству, включали в завещания наравне с землёй и драгоценностями. Носили пояс поверх кунтуша, оборачивая вокруг талии несколько раз и закрепляя так, чтобы узорные «головы» с бахромой эффектно свисали спереди. По тому, каким поясом подпоясан шляхтич — с золотой или скромной изнаночной стороной наружу, — современники могли многое понять о поводе, по которому он одет именно так.

Закрытие мануфактуры и судьба поясов

Мода на восточный шляхетский костюм постепенно уходила в прошлое вместе с политическими переменами конца XVIII — начала XIX века: после разделов Речи Посполитой кунтуш и пояс всё реже надевали в повседневной жизни, оставляя их для парадных случаев и семейных реликвий. Спрос падал, содержать дорогое ручное производство становилось невыгодно. Последние сведения о выработке шёлковых поясов на слуцкой мануфактуре относятся к 1846 году, а в 1848 году владелец распорядился окончательно закрыть производство.

После закрытия мануфактуры готовые пояса продолжали жить своей жизнью — их носили, дарили, передавали по наследству, а затем, в бурном для региона XIX и XX веке, многие оказались вывезены за пределы белорусских земель: в частные коллекции, музеи Польши, Литвы, Украины и России. Сегодня в мире сохранилось, по разным оценкам, порядка тысячи подлинных слуцких поясов, но подавляющее большинство — за пределами Беларуси. В самой стране хранится немногим более десятка подлинных изделий и отдельные фрагменты — в основном в музейных коллекциях, включая собрание Национального художественного музея.

Возрождение технологии в XXI веке

Оригинальную технологию ткачества с золотой и серебряной нитью на протяжении почти двух веков никто не воспроизводил в промышленных масштабах. Ситуация изменилась в начале 2010-х годов, когда в Беларуси приняли государственную программу возрождения слуцких поясов на 2012–2015 годы. На предприятии в Слуцке, получившем название «Слуцкие пояса», по архивным описаниям и сохранившимся образцам восстановили технологию ткачества — включая изготовление металлизированной нити и ручную сборку сложного орнамента. Первый воссозданный пояс был торжественно передан главе государства, а позже предприятие начало выпускать точные копии для музеев, подарочные экземпляры и сувенирную продукцию с элементами слуцкого орнамента. При производстве работает музей, где можно увидеть процесс ткачества и историю оригинальной мануфактуры.

Сегодня орнамент слуцкого пояса — один из самых узнаваемых символов национального костюма и декоративно-прикладного искусства Беларуси: его используют в дизайне, полиграфии, оформлении государственных изданий и сувенирной продукции. Национальный банк Беларуси в 2013 году выпустил сразу несколько серий памятных серебряных монет, посвящённых слуцким поясам, — с сюжетами о мастерах-ткачах, роде Радзивиллов и характерных метках на кайме. Подлинные пояса и их фрагменты сегодня показывают на постоянных экспозициях Национального художественного музея и Слуцкого краеведческого музея, а копии, вытканные на возрождённой мануфактуре, передают в дар музеям и используют как элемент официальных подарочных наборов.

Из узкого шляхетского аксессуара XVIII века пояс превратился в опознавательный знак культурного наследия — то, что осталось от несвижской и слуцкой мануфактур, теперь принадлежит не одному сословию, а всей стране. История, которая началась с моды на восточную роскошь при дворе магнатов, закончилась статусом общенационального символа — редкий случай, когда узкосословная вещь пережила само сословие, которому изначально принадлежала.

  • мануфактуру основали Радзивиллы, перенеся производство из Несвижа в Слуцк в конце 1750-х годов;
  • производством руководили приглашённые мастера армянского происхождения — Ян и Леон Маджарские;
  • классический пояс был четырёхсторонним, длиной до 4 метров, с золотой и серебряной нитью в узоре;
  • производство закрылось в 1846–1848 годах и не возобновлялось полтора века;
  • с 2012 года историческую технологию воссоздают на предприятии «Слуцкие пояса» в самом Слуцке.