Half-Life

У нас в клубе на Партизанском стояла она и Counter-Strike, и в одиночную кампанию садились редко — все резались по сетке. Одиночку я прошёл дома, с диска, который брат привёз с рынка, с переводом, где половина реплик была не в тему.

Что поражает при перепрохождении: игра почти нигде не объясняет, что делать словами. Ты просто идёшь туда, куда ведёт свет и звук, и это работает. Ни маркеров, ни компаса, ни журнала заданий — а заблудиться сложно.

Ксен всё так же ужасен. Прыжки по камням в невесомости с этим управлением — единственное место, где я лез в сохранения каждые тридцать секунд. Но всё до Ксена — эталон, к которому шутеры до сих пор возвращаются.

Запустила из любопытства, ожидала музейный экспонат — а провела вечер не отрываясь. Выглядит древне, играется живо.

Главное, что сохранилось, — темп. Игра ни разу не тормозит: не успел устать от коридоров, тебя выпускают на поверхность, не успел устать от солдат — подкинули новых тварей. Минус за Ксен и за то, что без сторонних модов картинка сегодня совсем колючая.

Честно попыталась пройти по совету друзей и сдалась после третьего перепрохождения одного и того же куска. Дело не в сложности, а в том, что игра тебя никак не бережёт: забыл нажать F6 — теряешь двадцать минут.

Плюс прыжки. Половина уровней требует точно прыгать по узким выступам и трубам от первого лица, и это в 1998 году считалось нормальной частью шутера, а сейчас воспринимается как отдельный вид мучения. Понимаю, чем игра важна, но получать от неё удовольствие сегодня у меня не вышло.

Есть ещё мелочь, которая всех, кто не знает английского, отсекает сразу: перевода нет вообще. Половина атмосферы — в разговорах учёных, и мимо неё проходишь.